«Слышал легенду, будто когда-то эту страну населяли гиганты» - из стихотворения «Время Героев» А.Гуськова.
Мозаичные торцы зданий, ставшие частью города, такие уже привычные, хранят память о высоких мечтах - сияют смальтой космические корабли, люди в скафандрах и орбиты атомов.
Это не декор — это манифест грядущего, написанный стеклом по камню.
Мозаика 1960–80-х — это ликующая, торжественная радость бытия. Художники-монументалисты создавали мир, где нет ни ноты минора. Человек будущего здесь — творец и покоритель: он запускает спутники, летит к галактикам, окружён формулами, микроскопами и золотыми колосьями. На стенах ДК и НИИ разворачиваются эпосы о счастливом труде учёного, космонавта и строителя. Это чистая, звенящая вера в то, что завтра будет грандиознее, чем вчера.
По сути, перед нами — мировоззренческая икона, выложенная кубиками смальты по бетону. Средневековый собор обещает прихожанину рай небесный, а советская мозаика предъявляет рай земной — рукотворный, научный, неизбежный. Эти панно экспонируют человека, полностью сбросившего ветхую шкуру истории: он больше не раб стихии, не жертва, не наследник трагедий — он сознательный строитель космической эры. Смальта не выцветает десятилетиями — почти как сама вера в такого человека.
Такие же образы населяют вселенную Ивана Ефремова. Его «Туманность Андромеды» и мир Великого Кольца — это та же торжественная радость, воплощённая в литературе. У Ефремова счастливое далёко — Эра Мирового Воссоединения, когда космос становится домом, наука — формой любви, а труд — высшим творчеством. В мозаиках мы видим ровно это: атомные орбиты сияют как продолжение нимбов, лазеры сплетаются с хлебными снопами, и нет страха перед будущим — только восторг и братство. Это будущее зовет нас своей безмерной, почти пугающей красотой — и требует от человека стать больше самого себя.
Нам остро не хватает новой монументальной мечты в той самой ефремовской тональности. Торжественный мурал — это обещание, что завтра будет больше, чем суета. И мажорный лад, сохранённый смальтой, требует продолжения — быть может, уже нашими, сегодняшними руками. Потому что без большой, сияющей мечты любой город — всего лишь бетон..
PS Идею сравнения Советской мозаики и актуальности Туманности Андромдеы мне подарил Валерий Беляев (Союз Театральных деятелей Тамбова), мой сокурсник по «Высшей школе управления в культуре».
PS2 Отреставрированное здание Ленинградского вокзала в Москве украшают теперь две гигантские мозаики. Очень красиво, я чуть не расплакалась. Только это просто панорамы, на них нет ни людей, ни будущего.
Так какую память мы оставим о текущем времени, друзья?
Автор публикации - Елена Зайцева, генеральный продюсер проекта